Джоан Плаза:«Первый роман написал, когда работал в тюрьме»

Главный тренер сине-бело-голубых в большом интервью «Р-Спорт» — о своих книгах, работе в тюрьме, статусе первого каталонского тренера «Реала» и многом другом.
Джоан Плаза:«Первый роман написал, когда работал в тюрьме»

«Было бы здорово написать книгу о Петербурге»

— Самый удивительный факт из вашей биографии: вы написали два бестселлера, где нет ни слова про баскетбол. Как начали писать книги?
— Вы будете смеяться, но все началось, когда я работал в тюрьме. У нас была компания из пяти-шести друзей, мы вместе ходили завтракать и однажды кто-то из ребят показал письмо своего брата к матери. Там он описывал, как мама заботилась о нем, и это выглядело очень трогательно. Мы обсуждали это письмо и пришли к мнению, что любой человек, если постарается, может написать что-то душевное. Слово за слово — и все решили попробовать заняться литературой, а потом обсуждали свои попытки. Мои товарищи быстро забросили это дело, а меня захватило. Так я написал свою первую книгу — просто для друзей. А они взяли и отправили копию рукописи знакомым журналистам в Барселону. Один из этих журналистов ответил — написал, что книга неплохая. Тогда я взял ее и пошел в издательство. Это был полный провал: мне с порога сказали, что я никто и мое произведение даже читать не будут. Неважно, хорошее оно или нет. Я смирился и забросил книгу в стол. Она пролежала там несколько лет, пока моя жена не узнала, что в Барселоне проводят конкурс среди начинающих писателей. Она отправила книгу на конкурс, и я внезапно занял там первое место. Так «Покрывало Анджелины» издали на каталонском языке.

История продолжилась уже после того, как я стал главным тренером «Реала». На меня вышли мадридские издатели и попросили разрешения напечатать книгу на испанском. Их не особо интересовало ее качество — они говорили, что произведение человека, который руководит «Реалом», купят в любом случае. Так и вышло: весь тираж разошелся без следа. Сейчас вы уже не найдете «Покрывало Анджелины» в продаже. Позже ее издавали на литовском, когда я возглавил «Жальгирис», и история повторилась — был sold out (все билеты проданы — ред.).

Пару лет назад я написал вторую книгу — «Проснуться вовремя». Она более зрелая, чем первая, и почти в три раза больше по объему. Но я не считаю себя настоящим писателем. Просто люблю писать и читать.

— Говорят, что ваша вторая книга более автобиографичная, чем первая. Правда?
— Когда человек пишет свою первую книгу, песню или даже картину, в них всегда будет очень много от него самого, от его личного опыта. Так и с обеими моими книгами. Просто в «Покрывале Анджелины» я рассказываю о женщине — все же началось с того письма о матери. Старался писать, как женщина, рассуждать об обществе, как женщина. Некоторые дамы, прочитав ту книгу, долго не могли поверить, что автор — мужчина. Только поэтому кажется, что мой второй роман более автобиографичен, чем первый.

— О переводе книг на русский еще не думали?
— Однажды мне предложили издать книги в Израиле на иврите, и эта идея показалась мне потрясающей. Так же отношусь и к возможному переводу на русский. Другой вопрос, что я не знаю ни одного русского издателя. Но был бы счастлив, если бы мои книги продавались в России.

— Стоит ли ждать третью книгу?
— Конечно! Могу даже подарить ее вам, если сможете прочитать по-испански. Даже в этом деле мне хочется добиваться большего и большего. Сейчас мне интересно все, что происходит вокруг. У каждого человека рядом со мной множество историй за душой. Я стараюсь слушать всех, стараюсь узнавать их истории и писать рассказы по их мотивам. Петербург — культурный город, в нем было написано много великих книг, знаменитой музыки. Для меня стало бы потрясающим опытом написать книгу об историях этого города и представить ее петербуржцам.

— Когда вы говорите о Петербурге, образ какого русского писателя первым приходит в голову?
— Одни из первых подарков, который мне преподнесли в Петербурге — это книга об истории города и «Идиот». Поэтому, конечно, Достоевский. Но наш начальник команды дала мне еще несколько книг о Петербурге — я обещал ей прочитать все от корки до корки. Скоро узнаю и о других писателях, которые жили в Петербурге.

— В Петербурге есть кое-что специально для любителей Достоевского — экскурсия по местам, которые он описывает в своих книгах.
— Серьезно? Было бы здорово сходить на нее. Можно даже организовать интервью в каком-нибудь доме, о котором писал Достоевский. Люблю такое. Никогда не приглашайте меня в фешенебельные рестораны. Лучше зовите в место с хорошей историей. Там может не быть блюд высокой кухни, но меня притягивают интересные истории. Знаете, что в Барселоне есть кафе, куда любил ходить Пикассо? Я всегда обожал это заведение, там всегда можно узнать что-то новое для себя.

— Какую последнюю книгу вы прочитали?
— «Идиота» пока не начал. Читаю одну книгу по психологии. Если в двух словах — эта книга для тех, кто хочет работать учителем, неважно в классической школе или в спортивной. В ней рассказывается о том, как передавать полезные знания не только во время занятий, но и в процессе общения с другими людьми — в ресторане, в кино, за чашкой кофе и так далее.

— Кто ваш любимый литературный герой?
— Явно кто-то из героев книг Альмудены Гранде. Это испанская писательница, у которой много рассказов о Гражданской войне. Еще мне нравится читать автобиографии различных исторических персонажей. Особенно те, которые были написаны перед смертью. В такой период люди обычно честно подводят итоги своей жизни — им нечего терять.

— А любимого исторического персонажа назовете?
— Я люблю честных людей, людей, которые создали сами себя. Таких множество и среди исторических персонажей, и среди спортсменов, и среди музыкантов. Одного точно не выберу.

— Ваш стиль баскетбола можно сравнить с какой-нибудь книгой?
— Мне часто задают такой вопрос, а мне до сих пор сложно дать на него точный ответ. Лучше расскажу о своей баскетбольной философии — меня никогда не устроит победа, добытая легким путем, добытая с помощью небольшого обмана. Стараюсь работать над всей системой, стараюсь вводить в нее молодых игроков и создавать хорошую атмосферу не только внутри команды, но и внутри всего клуба, чтобы люди из офиса чувствовали себя частью баскетбола. При этом не люблю давить на людей и заставлять их что-то делать. Простой пример из моей работы с «Уникахой»: когда я только пришел в Малагу, в клубном автобусе был лишь один человек, который читал книгу. Это был я. Зато в момент моего расставания с клубом только два или три игрока не брали с собой литературу в поездки. Никогда не говорил им о том, что нужно читать — они просто смотрели на меня и постепенно приобщились к чтению. У меня не самая обычная философия. Может быть, потому, что я 13 лет отработал надзирателем в тюрьме, а, может быть, из-за того, что рос с семьей, где было шесть братьев и сестер.

«На мои тренировки ходил Гвардиола»

— Как вас угораздило попасть на работу в тюрьму?
— Никто не хочет работать в тюрьме. Мне пришлось, потому что нашей семье надо было что-то есть. У отца была пара магазинчиков в Барселоне, но из-за кризиса их пришлось закрыть. Папа попросил меня и братьев найти себе работу. Один из братьев пошел учиться на надзирателя и позвал меня с собой. Я ответил: «Никогда в жизни!». Это «никогда» оказалось первым шагом к работе в тюрьме. Через какое-то время я согласился поработать там один год, а в итоге все это растянулось на 13 лет. Это была хорошо охраняемая тюрьма неподалеку от Барселоны. Я совмещал работу в ней с баскетбольными тренировками с командами юношей и девушек. Увы, сам баскетбол тогда не мог принести мне достаточно денег, чтобы сосредоточиться только на нем. Годы, проведенные в тюрьме, дали мне огромный опыт и позволили приобрести множество друзей — не среди заключенных, конечно, — среди коллег. Потом, когда я начал тренировать профессионалов, болельщики в Испании иногда пытались вывести меня из равновесия, скандируя: «Тюремщик!». Но меня это никак не задевало — я горжусь тем, что в моей жизни был такой период.

— Правда, что вы начали тренерскую карьеру в 14 лет?
— Чистая правда! Все началось в 1977 году. Директор нашей школы попросил меня и моего брата позаниматься баскетболом с младшеклассниками. Я на этом не остановился и постепенно стал тренировать соседей. В какой-то момент занимался с тремя разными командами одновременно. Из-за такой загруженности точно не был лучшим студентом на свете, но зато научился работать с группами разных людей, научился передавать им свою энергию.

— Вы работали с детьми, с женщинами, с любителями и с профессионалами. С кем было сложнее всего?
— Тяжелее всего работа с профессионалами. Любители получают удовольствие от игры и им этого достаточно. Профессионалы должны побеждать и развивать свой талант. Команда развивает свои сильные стороны и учится скрывать слабые. Для того чтобы научиться этому, нужно время, но некоторые боссы профессиональных команд хотят побеждать, даже не сегодня — вчера. Я всегда отвечаю, что работаю в сегодняшнем дне и строю свою систему. Это работало и в «Реале», и в «Жальгирисе», и в «Уникахе». Мы выигрывали чемпионаты и одновременно помогали нашим игрокам прогрессировать. Лучшие из них потом ехали в НБА или более сильные европейские клубы.

— Баскетбольная школа, которую вы в юности открыли вместе с братом, существует до сих пор?
— Существует, но с другой философией. Сейчас там стало больше бюрократии, а я не могу пристально следить за ее работой. Да и брат уже несколько лет, как не занимается баскетболом. Та школа дала мне ценный опыт — там я впервые понял, что нужно перенести, чтобы стать профессиональным тренером. В начале карьеры мы работали без зарплаты, просто ради любви к игре и возможности развиваться.

— Вы первый каталонец, который тренировал мадридский «Реал». Причем не только в баскетболе — во всех видах спорта. Каково это?
— В самом начале это было странно. Я приехал из Барселоны, где люди очень терпимы друг к другу. Ты можешь делать все, что угодно, но если это не доставляет мне неудобств — я и слова не скажу. Жители Барселоны смотрят на мир с открытым сердцем. Когда я только приехал в Мадрид, почувствовал настороженность со стороны других тренеров и персонала «Реала»: «Что это еще за каталонец». Постойте, я же не с Юпитера к вам прилетел! Наши города разделяет всего 600 километров. Постепенно мы сработались, и через четыре года никто уже не вспоминал обо всех этих различиях. Глупые стереотипы мешают — кто-то думает, что в России люди занимаются только тем, что танцуют вприсядку, другие уверены, что каталонцы ненавидят быков. Это же полная ерунда! В «Реале» нам удалось разрушить их и создать отличную атмосферу. Люблю Мадрид и мадридцев.

— В «Реале» футбольный и баскетбольный клубы полностью объединены. У них даже президент один. Как вам работалось в такой системе?
— В мои времена работать в большом «Реале» было удовольствием. Футбольный клуб зарабатывал много денег, для нас не существовало проблем с финансированием. А общая атмосфера была замечательной — баскетболисты ходили на футбол, футболисты посещали наши матчи, все поддерживали друг друга. Более того, на мои тренировки ходили футбольные специалисты! Правда, здесь дело не только в структуре «Реала». В Мадриде существует школа для футбольных тренеров и в ее курс включены, в том числе, и посещения занятий баскетбольного «Реала». На мои тренировки ходили Пеп Гвардиола и Пепе Мель, который тренировал «Бетис». Было здорово видеть таких людей на занятиях.

«Игроки в «Зените» получают удовольствие от моей системы»

В России считают, что для Литвы баскетбол, как футбол для Бразилии. Все помешаны на этом виде спорта. Когда работали в «Жальгирисе», ощутили это на себе?
— Это правда. И это стало большим сюрпризом для меня. Да, в Испании знают Сабониса и других сильных литовских баскетболистов, я даже его сына Домантаса тренировал, но такое отношение к игре стало открытием. Пока не погрузишься в эту атмосферу, не поверишь. В Испании детишки обмениваются карточками с портретами футболистов. В Литве — никаких футболистов. В ходу только баскетбольные карточки. В ресторанах — майки и постеры с лицами баскетболистов. Все пропитано страстью к игре. Я провел там год, у нас были большие финансовые проблемы, но обо мне лично невероятно заботились. Даже в прошлом году, когда я приехал в Литву с «Уникахой», мне организовали потрясающий прием.

— У «Жальгириса» действительно были большие финансовые проблемы. Когда вели переговоры с «Зенитом», не беспокоились из-за того, что предыдущий опыт работы в Восточной Европе был омрачен банкротством клуба?
— Честно говоря, опасения были. Дело в том, что я стал первым испанским тренером, который поехал работать в Литву. В нашем понимании «Жальгирис» — это очень большой клуб, но и в нем случились проблемы. Когда на меня вышли люди из «Зенита», для меня было важно удостовериться, что это большой и серьезный проект, во главе которого стоят профессионалы. Перед этим отклонил несколько других предложений, в том числе и из России. На первой встрече с руководством «Зенита» сказал, что я в любое дело вкладываюсь с полной страстью — и в баскетбол, и в писательскую деятельность. Для меня важно работать, а не страдать из-за посторонних проблем, не растрачивать энергию впустую. Даже деньги не мой приоритет. Конечно, они важны для меня, но не так, как лет 20 назад. Важнее создать хорошую команду, которая показывает хорошую игру. Надеюсь, что в Петербурге у нас все получится, и мы вместе выведем «Зенит» на высочайший уровень в Европе.

— Вы пришли в середине сезона. Сколько времени вам необходимо, чтобы создать полностью свою команду?
— В Испании я бы сказал, что мне нужна пара месяцев. Может быть, я глупый романтик, но я всегда стараюсь не только побеждать, но и создавать что-то на будущее. Мне действительно хочется, чтобы мои игроки росли. Если после сезона пара-тройка человек из команды переходит в клубы НБА — это тоже хороший показатель моей работы. В «Уникахе» нам удалось довести до такого уровня Домантаса Сабониса (перешел в «Оклахома-Сити Тандер» в 2016 году — прим. авт.) и Миндаугаса Кузьминскаса (перешел в «Нью-Йорк Никс» в 2016 году — прим. авт.). Некоторые специалисты на тренировках всегда работают в формате «пять на пять». Не берусь судить, хорош или плох такой подход, но он точно не для меня. Я люблю потренироваться четыре на четыре, три на три, два на два и даже один на один. Нужно развивать не только силу и скорость, но еще и мышление игроков. Есть тренеры, которые говорят: «Так, сначала ты выполняешь пункт «А», потом «B» и наконец «C». У меня такого нет. После пункта «А» может быть и «B», и «C», и «Z». В идеале игрок должен сам выбирать лучшее решение. Понятно, что с таким подходом на строительство команды нужно больше времени, но это того стоит.

— Вы обыграли ЦСКА и «Химки» с тремя молодыми игроками в составе. Это чудо?
— Это были победы веры. Парни отработали отлично. Знаете, я верю в язык тела. Стараюсь считывать его. Так вот, за месяц, который я провел с командой, увидел, что ребята получают удовольствие от моей системы. Это видно по тому, как они выглядят на тренировках и во время матчей. Я стараюсь открывать окно в игру для молодых баскетболистов — чтобы они вдохнули этот воздух. В этом сезоне нам не хватило времени, чтобы показать результат в Еврокубке. Возможно, из-за нехватки времени будет тяжело выступить в Единой лиге ВТБ лучше, чем в прошлые годы, потому что поставленная «Зенитом» планка довольно высока. Но я с уверенностью могу сказать, что в следующем сезоне команда, которая работает по моей системе, станет гораздо лучше.