Дмитрий Головин: «Злых людей в российском баскетболе стало намного меньше»

Защитник «Зенита» Дмитрий Головин в интервью «БИЗНЕС Online» рассказал, как связана его игра с Twitter, почему российские баскетболисты не уезжают за рубеж, и может ли быть интересной лига, результат финала которой можно с легкостью предсказать.

Дмитрий Головин: «Злых людей в российском баскетболе стало намного меньше»

«У МНОГИХ КЛУБОВ НЕТ ЦЕЛИ, ЧТОБЫ ХОДИЛИ ЗРИТЕЛИ»

— Дмитрий, для начала хотелось бы спросить о вас о прошедшем сезоне. Какие итоги можете подвести выступлению «Зенита»?
— Итоги, я думаю, отличные. Третье место, медали. В регулярке заняли третье место, остались на нём и по завершению плей-офф. Могли, конечно, в финал пройти. Чуть-чуть обидно, но ничего страшного.

— Можно ли сказать, что «Зенит» прыгнул выше головы в этом сезоне?
— Конечно, показали более высокий результат, чем от нас ждали. Если примерно оценивать по бюджетам и составам, то мы были пятыми по силе. Но смогли показать лучшую игру в конце сезона в важных матчах. Плюс отлично провели плей-офф и, в принципе, заслуженно заняли третьей место.

— В чём были причины двух домашних побед «Зенита» в полуфинале с УНИКСом?
— Честно говоря, должны были брать и первую игру на выезде. За минуту до конца у нас было преимущество в 9 очков, но в серии невероятных событий, ошибок мы отдали тот матч. Во второй игре у нас травмировался Тулсон. Держались весь матч хорошо, но в концовке УНИКС победил нас с небольшой разницей. Перед домашними играми была уверенность в своих силах, понимание, что мы играем с ними на равных, а где-то даже лучше.

— Сказалось ли на этой уверенности возвращение Тулсона и Антона Пушкова?
— Вообще самым важным было то, что мы хорошо провели матчи на выезде. Должны были приезжать со счётом 1 — 1 из Казани, если по-честному. К тому же дома свои болельщики, при которых нужно было определённо сыграть лучше. Ну, и знали, что вернутся Пушков и Тулсон, увеличится ротация. Вот в третьем матче мы-то уверенно и победили. Конечно, были качели, но в итоге наше преимущество оказалось большим.

— Многие отмечали особую поддержку трибун в Питере. Можно ли сказать, что у баскетбольного «Зенита» сложилась своя аудитория в городе?
— Два матча полуфинала особо выделились по посещаемости. По ходу сезона зал заполнялся на матчах, например, с «Химками» и ЦСКА. В плей-офф на трибунах тоже было много людей. Надеюсь, в дальнейшем народ будет более стабильно ходить в таком же большом количестве. Раньше было стандартно по 2500, судя по протоколам, а в плей-офф посещаемость стала лучше. Пришла новая аудитория, которая, надеюсь, останется у клуба. Арена хорошая, инфраструктура одна из лучших в России, наравне, думаю, с «Локомотивом». Ходить на баскетбол одно удовольствие.

— Среди всей лиги выделяете «Зенит» и «Локомотив»?
— Конечно. И по организации матча, и по вниманию к болельщикам. В принципе, когда бюджеты клубов Единой лиги ВТБ просматриваешь, видишь, что «Зенит» и «Локомотив» тратят на рекламу...

— Больше всех?
— Не то, что больше всех. Кто-то там вообще не тратит (смеётся).

— Что другие клубы могут перенять у «Зенита» в плане маркетинга?
— Тут все методы известны. Должно быть желание, надо тратить деньги. Просто у многих клубов нет цели, чтобы ходили зрители. Или вернее будет сказать, что им не до этого. Вопрос всегда заключается в том, желает ли клуб развиваться в сторону болельщиков. У «Зенита» есть, например, сувенирная продукция, как и в футболе. Есть цель получить какую-то прибыль за счёт посещаемости, рекламы. Кому-то это не нужно.

— Перед пятой игрой полуфинала было заметно, что игроки «Зенита» подшучивали друг над другом, смеялись. Можно ли сказать, что команда не находилась в сверхнапряжённом состоянии?
— В принципе, да, мы были в хорошем настроении. ЦСКА параллельно выиграл серию с «Химками», и мы понимали, что третье место за нами. Были расслабленными, груз ответственности не давил. Даже после обидного поражения в первом матче расстроились, но на следующую игру вышли с хорошим настроением.

— Всю серию шли разговоры, что команды придерживаются разных стилей — у Карасева скоростной баскетбол, у Пашутина — медленный. Было ли так на самом деле?
— Если глобально брать, то «Зенит» бежал, а УНИКС действовал в позиционном нападении — с короткой ротацией им тяжеловато играть в быстром темпе всю игру. А с исполнителями высокого уровня казанцам гораздо проще действовать позиционно.

— Запомнилась ваша защита против Лэнгфорда. Что, по вашему мнению, было важно сделать против такого опасного скорера?
— Задача была закрыть левую сторону. Когда он идёт в проход влево, то забивает даже очень тяжёлые мячи. Но это в теории звучит легко, а на практике всё тяжело сделать. Просто надо было затруднить ему бросок. Забьёт из тяжёлой ситуации — ладно. Важно было не допустить лёгких бросков, ухудшить ему процент.

«РОССИЙСКИЙ БАСКЕТБОЛ ЗАЩИЩАТЬ НЕ ОТ КОГО»

— Читал в самарском издании историю, что вы как-то помогли Петру Губанову починить машину. Можно узнать подробности?
— «Нижний Новогород» уезжал на выезд, а я был травмирован. Петр оставил ключи, чтобы я отвёз машину в сервис. Они что-то там посмотрели, всё починили. Вот и вся история, ничего особенного. Мы друг друга с десяти лет знаем. В Самаре занимались вместе у одного тренера. Поэтому тесно общаемся.

— Поддерживаете ли вы связь с бывшими одноклубниками в «Нижнем Новгороде»?
— С кем-то больше общаюсь, с кем-то меньше. Сейчас переписываюсь с Владимиром Ивлевым. Семёна Антонова недавно поздравил — у него родился второй ребёнок. После сезона у нас группа осталась в WhatApp’е, так что обо всех новостях спрашиваем друг у друга.

— «НН»-2015, «Зенит»-2016: можете найти какие-либо сходства между этими командами, которые удивили, несмотря на ограниченные ресурсы?
— Думаю, «Нижний Новгород» стоит брать не созыва Евролиги, а перед этим, когда второе место заняли. Это разные команды, на самом деле. В первой было два иностранца, тренировал Зоран Лукич. А к Евролиге уже чуть-чуть усилились, плюс пришёл Багатскис. Вообще у всех трёх клубов разные истории успеха, свои пути.

— Нет ничего похожего?
— Главное — доверять русским и играть широкой ротацией. А не собирать семь иностранцев и оставлять русских в глубоком запасе.

— Почему так важен фактор российский игроков?
— Дело в том, что их как минимум шесть в команде. Это уже большая часть. Если ты их не заигрываешь, то возникают проблемы. Плюс ребята реально умеют играть, уровень у них серьёзный. Глупо держать их на скамейке, тем более есть общая мораль в команде: когда сидишь на скамейке, не чувствуешь причастия к результату, то тяжелее всё переносишь.

— Говорите это, исходя из собственного опыта?
— Из своего немаленького опыта сидения на скамейке.

— Ваш твит I don’t feel devotion появился буквально через несколько минут после завершения пятого матча. Получается, вы сразу взяли телефон?
— Мы сели в автобус, ехали в аэропорт. Я смотрел соцсети и написал. Было два варианта твита. В случае победы I feel devotion, в случае поражения I don’t (смеётся).

— Вы никогда не чувствовали себя заложником образа? Имею ввиду, что некоторые люди могут запомнить не вашу защиту против Лэнгфорда, а, допустим, этот твит.
— Никто из баскетболистов, тренеров не обращает на это особого внимания. Поэтому не чувствую. Да и неважно как запомнят, главное, чтобы на баскетбол ходили.

— В спорте важна психология. Никогда не возникало желания оставить соцсети, чтобы не забивать голову мыслями, какой отклик получила последняя запись?
— Были, конечно, такие мысли. Но когда я в спокойной обстановке об этом думаю, то понимаю, что никакой связи нет. Уровень моей игры не зависит от того, пишу я что-то в Twitter или нет. Я стану лучше играть только, если буду хорошо тренироваться. Если я не думаю много о странице, а я не думаю, то никаких проблем не возникает. Всё зависит только от тренировок, умений. Это можно было бы связывать между собой, если я был бы суеверным. Но я не суеверен.

— Но вы же всё равно ведёте Twitter не просто так. В чём заключается идея вашей страницы?
— Идея такая: нести людям добро, позитив, баскетбол.

— И защищать российский баскетбол, судя по вашим прошлым интервью.
— Было дело. Но сейчас защищать не от кого. Вроде бы пришли добрые люди, и злых уже намного меньше. Сейчас в Twitter я просто высказываю своё мнение по некоторым вопросам.

— Пришли к выводу, что баскетбол защищать не от кого после прихода Кириленко в РФБ?
— Ушли Аникеева, Чернов, так что да.

«ПУСТЬ ЦСКА ВЫСТУПАЕТ ЗДЕСЬ, ЧТОБЫ К НЕМУ МОГЛИ ТЯНУТЬСЯ»

— Можно ли сказать, что сейчас в России с баскетболом всё хорошо?
— По крайней мере, лучше. Пошли вверх, но надо много над чем работать.

— Над чем именно?
— По сути, многие их тех проблем, что были, остались. Просто надо потихонечку всё налаживать. Например, сборная. Новый тренер, будет расширенный список игроков. Думаю, в этом году не будет отказников. Также интересно посмотреть, как разрешится конфликт между УЛЕБ и ФИБА.

— Меняется ли российский клубный баскетбол? И если меняется, то в каком направлении?
— Клубный особо не меняется. Всего девять команд играет в Единой лиге ВТБ, что, конечно, очень мало для всей России. В большой четвёрке уровня Евролиги выступают члены сборной. Итого всего пять команд, где можно раскрыться. Мало места, негде играть — это основная проблема. Считаю, в высший дивизион надо брать клубы суперлиги, которые отвечают по требованиям.

— Почему мало российских баскетболистов играют за рубежом, если в нашем чемпионате мало места?
— Смотрите, в Единой лиге ВТБ российских клубов мало. Но если ты не попадаешь в них, то вряд ли можешь перейти в сильный зарубежный чемпионат вроде испанского. Например, Никита Баринов до «Зенита» несколько лет играл в Литве. Там есть два клуба: «Жальгирис» и «Летувос Ритас», а в остальном лига слабая.

— Евгений Колесников недавно перешёл из саратовского «Автодора» в испанский «Обрадойро».
— У него-то место было стопроцентное в «Автодоре». И даже такого хорошего игрока пригласил далеко не самый сильный клуб из Испании. Есть ли тогда смысл уезжать в другие чемпионаты, где дадут мало денег, когда та же суперлига сильная?

— Можно ли сказать, что в Единой лиге ВТБ россияне в разы сильнее игроков суперлиги?
— Конечно. Логично, что более сильные игроки выступают в более сильных клубах.

— В чём заключается их сила? В подходе к тренировкам?
— Понятно, что в суперлиге условия хуже. Но ведь время, проведённое в зале, несильно отличается у игроков в разных лигах. Те же тренировки, бросковые занятия, игры. Такой же мяч, такие же кольца. Просто у самих игроков меньше качеств. Они слабее физически, технически, тактически. Здесь имеет значение талант.

— Есть ли на вашей памяти примеры, когда баскетболист недополучил основ в своё время, но смог закрепиться на высшем уровне?
— Пушков, по-моему, начал тренироваться только в 16 лет. Так что в нашей команде есть такой игрок.

— Назовите главные открытия среди игроков в этом сезоне Единой лиги ВТБ. Наверно, среди них есть Пушков.
— Он хорошо провёл плей-офф. Я и знал, что он может так играть, просто раньше ему не хватало стабильности. Надо подумать... Григорьев был бы открытием, если не травма. Хвостов отлично играл в «Нижнем».

— Во многих интервью, причём за разные годы, вы задаётесь вопросом, почему многие команды набирают легионеров, вместо того, чтобы потратить пару лет на развитие россиян. Нашли ответ?
— Нет. Но это, можно сказать, риторический вопрос. Не хотят, наверно.

— В последнее время ситуация по этому вопросу меняется или нет?
— В этом году, к примеру, в «Красном Октябре» стали играть россияне, когда возникли трудности с деньгами и ушли легионеры.

— Может, ответ заключается в том, что клубы станут тратить несколько лет на развитие россиян только когда будет плохо с деньгами?
— Возможно. Но везде разные ситуации.

— Может ли быть популярной лига, у которой финал каждый раз заканчивается «сухой» победой одной команды?
— Почему же нет. Счёт один, а игра бывает разной. ЦСКА — сильная команда, это лучший клуб Европы. Так пусть он выступает здесь, чтобы все остальные могли к нему тянуться.

— Какие у вас ожидания от предстоящего финала Единой лиги ВТБ?
— 3 — 0.

— Вы будете смотреть матчи, даже если знаете исход серии?
— Само собой. Это моё мнение, оно может быть неправильным.