Форвард «Зенита» Андрей Кощеев: «Если не выходить в плей-офф, зачем вообще играть?»

Последний герой. Так можно назвать Андрея Кощеева — единственного игрока развалившегося «Спартака», сумевшего трудоустроиться в «Зенит». Лето для 27-летнего нападающего получилось нервным — долгое время он вообще не знал, где продолжит карьеру.
Форвард «Зенита» Андрей Кощеев: «Если не выходить в плей-офф, зачем вообще играть?»

Об этом, а также о нюансах ликвидации «Спартака» и перспективах питерского «гетто» в «Зените» воспитанник городского баскетбола рассказал «Спорту День за Днем».

В «Спартаке» обещали новый контракт

— Приглашения от «Зенита» ждали до последнего?
— Надеялся, что останусь в Питере. Поздно поступило приглашение или рано? Здесь решение оставалось за клубом. Мне предложили контракт в августе, я сразу согласился.

— Были другие предложения?
— Конкретных нет. Только разговоры. Для себя я сразу решил: буду ждать, чем завершится история с баскетбольной командой в Петербурге.

— Наверное, сильно переживали после развала «Спартака»?
— Дело не в этом. Для любого игрока, у которого по окончании сезона заканчивается контракт, наступают нервные времена. В прошлом сезоне у меня был разговор с руководством «Спартака». Мне сказали, что я могу быть спокоен, получу новый контракт. Но в итоге команда прекратила существование. После этого уже все зависело от моего агента. Летом я тренировался на «СИБУР Арене» в баскетбольном лагере, организованном Максимом Шарифьяновым. Плюс удалось съездить на десять дней в Анапу, к моему другу Артему Яковенко.

— Яковенко — не чужой игрок для Петербурга. Не было ли у него варианта выступать за «Зенит»?
— Артем очень рано определился. Когда подписал контракт с «Енисеем», «Зенита» еще не существовало.

Печально, что я остался один

— Ликвидация «Спартака» многих оставила без работы...
— Печально, что только я один остался в Петербурге. Насколько мне известно, из игроков только Ярослав Королев не нашел команду. Вроде куда-то собирается в Европу. Но честно скажу, я больше переживал за себя, чем за других (смеется). — Для болельщиков красно-белых стало ударом, что игроки не устроили никакой акции в поддержку команды. — Выскажу свое мнение. Мы профессиональные спортсмены. У меня, например, был контракт на один год. Даже если бы «Спартак» выжил, мне могли не предложить новое соглашение. Конечно, я очень переживал... Ведь болел за «Спартак» с детства, но все-таки акции — это не дело игроков. На момент развала команды я фактически был безработным. Представьте себе глупую ситуацию: я выхожу с транспарантом, а потом меня не берут в состав. И все-таки я не основатель клуба, не играл за него двадцать лет.

 — У команды не было конфликта с президентом Александром Урицким?
— Нет. Серьезных проблем не возникало.

— Еще я постоянно слышал от разных спартаковских людей: русские игроки плохо тренируются, поэтому на площадку выходят иностранцы. Вы действительно плохо тренируетесь? 
— (Смеется.) Еще любят рассуждать про лимит. Одни говорят — вредно, другие — полезно. Я считаю, что русские игроки не расслабились. Могу говорить за себя: это моя работа, я усердно тренируюсь. Есть лимит или его нет, конкуренцию между российскими баскетболистами никто не отменял. Все зависит от характера отдельного человека. Хочешь заниматься дополнительно и оттачивать навыки — пожалуйста, никто не запрещает.

Кузякина выбрали единогласно

— Сейчас в «Зените» три питерских игрока: вы и два Артема, Кузякин и Вихров. Пока Василий Карасев использует всех довольно активно.
— Все это задумка тренера, лично со мной он это не обсуждает (улыбается). Думаю, всем приятно, что в команде играют три игрока из Петербурга. Еще был Александр Разумов, его отдали в аренду. Может, в следующем сезоне в «Зените» будет еще больше местных игроков.

— Артем Кузякин — капитан команды. Он действительно лидер «Зенита»?
— Это самый опытный игрок. Хоть мы и не голосовали, кандидатура Кузякина была поддержана единогласно.

— В раздевалке футбольного «Зенита» главенствует португальская диаспора. А у вас?
— У нас свободная, непринужденная атмосфера. Все-таки в нашей команде не так много легионеров. Во всяком случае, музыку мы слушаем русскую.

— В «Спартаке» вы были одним из лидеров. У «Зенита» более сильный состав. В какой роли вы себя видите?
— Мне сложно судить. Могу сказать, что у меня блестящие перспективы, но решать ведь будет тренер (смеется). Я новый человек для тренерского штаба «Зенита», буду работать и пытаться доказывать свою состоятельность.

— Говорят, что в сборной России игрокам постарше было сложно относиться к Василию Карасеву как к жесткому наставнику, поскольку они успели вместе поиграть. Какая ситуация в «Зените»?
— Совсем другая, у нас ведь команда молодая. Я сам не настолько старый, чтобы снисходительно относиться к Карасеву. В «Зените» он очень уважаем, хотя общаться с ним легко.

— Высокая посещаемость на первых двух матчах стала неожиданностью?
— Не могу сказать, что вошел в зал и ахнул: «Ого, сколько людей!» Заранее знал, что будет аншлаг, ведь «Зенит» очень хорошо над этим поработал. Очень здорово играть при такой поддержке. «Спартаку» этого не хватало. А наш клуб за прошедший месяц провел отличную работу, везде в городе люди могли узнать про новую команду.

— У руководства «Спартака» была мысль переименовать его в «Зенит»...
— С игроками такие вещи не обсуждаются.

Взятки в интернате? Это бред

— Вы воспитанник Калининской спортшколы и интерната Анатолия Штейнбока. В конце весны на Штейнбока пошел наговор, что он берет взятки.
— Анатолий Иосифович берет взятки? Это бред. Он выращивает игроков, потом продает. Это нормальная практика, многие этим занимаются. Штейнбок не брал взятки за попадание в интернат. Я с седьмого класса занимаюсь баскетболом. У моего отца был знакомый, который знал Анатолия Иосифовича. Мы ему позвонили, но в интернат меня не взяли. Только потом, проявив себя на первенстве города, я был замечен. Сработал чисто спортивный принцип, никаких взяток.

— Вы играли за студенческую команду СПбГУ...
— Учился там в аспирантуре, как и многие спортсмены. Когда был юным, играл за «Химки». А потом решил закончить профессиональную карьеру.

— Почему?
— Была серьезная травма колена. По состоянию здоровья решил завершить выступления, не мог тренироваться три раза в день. На тот момент здоровье вышло на первый план, и я решил играть в любительской лиге. Но потом, в 25 лет, когда здоровье наладилось, у меня появился последний шанс вернуться в профессионалы. Изначально хотел поехать в Тюмень, где собиралась перспективная команда Суперлиги. Но она не получила финансирования, и попал на просмотр в Рязань.

— А почему не в «Спартак»?
— На тот момент это был слишком высокий уровень.

— Кто стал инициатором вашего возвращения в Петербург?
— Этим занимался мой агент. Он общался с Алексеем Карваненом (на тот момент спортивным директором «Спартака». — «Спорт День за Днем») и договорился о просмотре. Мне повезло — руководство приняло решение оставить меня в команде.

— Давайте завершим разговор на позитивной ноте — выйдет ли «Зенит» в плей-офф Единой лиги ВТБ, сможет ли успешно выступить в Кубке Европы?
— Думаю, в плей-офф Единой лиги мы выходить обязаны, иначе зачем вообще играть? Руководство не ставило перед нами конкретных задач, но это и так понятно. В Кубке Европы тоже попытаемся достичь максимального результата. Если у команды будет достойное финансирование, думаю, через несколько лет сможем бороться за победу во всех турнирах.