Никита Баринов: «„Зенит“ дал мне путевку в жизнь!»

Тяжелый форвард «Зенита» Никита Баринов — о баскетбольной религии в Литве, о том, почему его путали с футболистом «Ювентуса», и о секрете происхождения прозвища Танк.
Никита Баринов: «„Зенит“ дал мне путевку в жизнь!»
— Вы начинали профессиональную карьеру в Литве. В этой стране баскетбол действительно религия?
— Да, баскетбол в Литве — главный спорт. Все играют в него еще со школы. Я жил в небольшом городке, где много частных домов — у всех во дворе площадки с кольцами. Литовцы следят за всеми своими игроками, гордятся их успехами. У них очень сильные школы, одни из мощнейших в Европе. Когда мы в детстве играли против соперников из Прибалтики, это было похоже на матчи против американцев. Приходилось очень непросто!

— Правда, что там переполненные залы на всех матчах?
— С посещаемостью никогда не было проблем. Неважно, с кем ты играешь, — на матче «биток»! Исключения два — большие клубы «Летувос Ритас» и «Жальгирис». Когда они встречаются с более слабыми соперниками, то зал тоже не будет пустым, но заполнится процентов на 60. Однако, если гранды встречаются между собой, там даже на лестницах мест не найти. Все забивается под чистую. Литва — небольшая страна, там достаточно маленьких городков, где не так много развлечений. Поэтому у нас на любой домашней игре были полные трибуны.

— Вас узнавали на улицах Паланги, Клайпеды и Утены, где вы играли?
— Чаще всего это происходило перед матчами и после них. В повседневной жизни тоже узнавали, но не донимали чрезмерным вниманием. В этом плане литовцы очень сдержанные.

— Одна из ваших литовских команд называлась «Ювентус». Как часто его путали с футбольным клубом из Турина?
— Было такое. Особенно когда сразу после перехода рассказывал о «Ювентусе» друзьям. «Ты же вроде бы не футболист!» — говорили. Я отвечал, что это прикол от директора команды. Он захотел назвать команду именно так.

— Вы уходили из «Зенита», провели прошлый сезон в «Парме», но летом вернулись обратно. С какими эмоциями возвращались в Петербург?
— Возвращался с самыми лучшими эмоциями. «Зенит» дал мне многое — путевку в жизнь, шанс показать себя в большом баскетболе. Я уходил не потому, что был чем-то обижен. Расставались мы по-хорошему, просто я решил пробираться в одиночку. Возможно, это была моя ошибка. Сейчас стараюсь все вернуть назад. Поэтому снова перешел в «Зенит».

— Одноклубники называют вас Танком. Почему?
— Меня так прозвали иностранцы. Летом набрал большую массу. Когда приехал на сборы, был самым тяжелым игроком в команде — весил порядка 118 килограммов. И это после того, как похудел! Перед сборами месяц тренировался самостоятельно, но скинул только три килограмма. Сейчас у нас самый тяжелый — Дрю Гордон, он весит 114–115 килограммов, но на тот момент я весил больше него. Приехал таким «квадратом», вот они меня так и прозвали.

— Но это же хорошо — раз называют «Танк», значит, с вами сложно бороться.
— В этом плане — да. Слава богу, я был не просто толстым, отъевшимся на all inclusive за лето. Приехал с хорошей физической подготовкой — бегал, прыгал. Для меня не было проблемой показывать игру с моим весом. После тренировочных игр ребята шутили, что меня тяжело продавить. Мало того что самый тяжелый, так еще и не самый высокий по росту — центр тяжести низко.

— Вы активно участвуете в мастер-классах, которые клуб проводит для детей. Это первый шаг к тренерской карьере?
— Честно говоря, мне не хватит нервов для того, чтобы стать тренером. Одно дело — раз в месяц приехать на мастер-класс, поговорить с детьми. Я же сам был ребенком, учился в спортшколах. Представляю, какие железные нервы должны быть у тренера, особенно детского, чтобы терпеть все «закидоны» подростков. А если их человек тридцать… Клуб приглашает меня на такие мероприятия — я с радостью соглашаюсь.

— Говорят, вас часто можно увидеть в метро после матчей. Машину еще не приобрели?
— Не знаю, когда меня в последний раз видели в метро. Благодаря «Зениту» я в этом сезоне смог обзавестись автомобилем. Но и до приобретения нечасто ездил в метро — специально поселился рядом с ребятами из команды, и они меня подхватывали. А вот два года назад постоянно катался на метро. В этом сезоне проехал максимум раза четыре — на тренировку.

— Вас узнавали в петербургском метро?
— Может, и узнавали, но не подходили. Обычно в метро я либо опаздываю на тренировку, либо опаздываю домой. Стараюсь как можно быстрее пройти к эскалатору на выход. Может быть, те, кто меня узнает, просто не догоняют?